Обстоятельства гибели олимпийского чемпиона неясны до сих пор. 16 ноября, победителю Игр-64 в Инсбруке, пятикратному чемпиону мира Виктору Якушеву исполнилось бы 70 лет.

Он умер в ночь с 6 на 7 июля 2001 года в реанимации 15-й горбольницы Москвы. За десять дней до того Якушева жестоко избили на улице Суздальской. Хотя родные и близкие 63-летнего экс-нападающего сборной СССР убеждены, что били Виктора совсем в другом месте. А к дому его привезли почти в бессознательном состоянии…

БАНКЕТ С ПОБОЯМИ
Вечером 27 июня давний друг Якушева, знаменитый автор «золотого» гола футбольной сборной в олимпийском финале-56 Анатолий Ильин пригласил Виктора на свой 70-летний юбилей. Якушев поехал один. Выпил, конечно. Но, как утверждают очевидцы, в меру. Около 22.00 засобирался домой. Друзья вызвались подвезти. Почему он попросил высадить его у соседнего дома? И что случилось в следующие 8 часов?

Рассказывает Татьяна Якушева, вдова:
– Вечером Виктор не вернулся. У нас еще не было мобильных, но я особо не волновалась: знала, что друзья его не оставят. А около восьми утра – звонок по домофону: «Вы Виктора Якушева знаете? – у меня сердце провалилось. – Это милиция. Спуститесь, заберите».

Виктор был в ужасном состоянии: ссадины на посиневшем лице, теле. Весь какой-то потерянный. Милиционеры объяснили, что обнаружили его сидящим на скамейке во дворе дома, предложили вызвать «скорую». Услышав это, Витя словно очнулся, стал отказываться.

После смерти Вити его друзья осудили меня за то, что я не настояла на госпитализации, – продолжает Татьяна Владимировна. – Я сама себе не могу этого простить. Но лишь заводила разговор о врачах, Витя кричал на меня: «Не надо никого! Не позорь меня! Отлежусь, и все пройдет». В такой же форме отвечал и на расспросы о том, кто на него напал: «Не помню, не трогай меня!».

Он прежде не позволял себе повышать голос, тем более на меня.

Я покупала в аптеках лекарства, растирала мазями, использовала народные средства, но боли в груди и в пояснице не проходили. В редкие минуты, когда Витя вставал с постели, он мог передвигаться по квартире, только держась за стены. Пришлось пойти на обман: сказать ему, что вызову «скорую» только для того, чтобы съездить в больницу, сделать рентген и вернуться. Видно, ему уже самому стало невмоготу – он согласился.

ЧЕРНОРАБОЧИЙ ХОККЕЯ
Виктор Якушев начал хоккейную карьеру в 1955-м в московском «Локомотиве». И 24 года спустя закончил ее там же. В 42 года! Единственный хоккеист, отыгравший на протяжении четверти века в одном клубе. С 1959-го, с момента, как Анатолий Тарасов и Аркадий Чернышев пригласили 22-летнего форварда железнодорожников в сборную (в первом же матче в Нью-Йорке тот забросил шайбу. – Прим. ред.), на Якушева «набрасывали сачок» «купцы» из элитных клубов. Он остался верен «Локо», даже когда команда скатилась в первую, а потом и во вторую лигу.

Виктор почти каждый год играл в сборной с разными партнерами. Спартаковцы Вячеслав Старшинов, Борис Майоров, Александр Якушев, армейцы Николай Сологубов, Константин Локтев, Вениамин Александров, Анатолий Фирсов, Александр Альметов, Анатолий Ионов, динамовцы Станислав Петухов, Владимир Юрзинов, «крылья-советовец» Евгений Грошев…

Почему этот «талантливый одиночка», как прозвали Якушева журналисты, «уживался» на площадке со всеми? В первую очередь благодаря своему уникальному универсализму.

Рассказывает Борис Майоров:
– Он был «чернорабочим хоккея»: делал на поле работу, которая большинству из нас была не по душе. Трудился за других в обороне, организовывал наступление, поддерживал партнеров в атаке. Роль неблагодарная, но Якушев брал ее на себя.

НОС ЗА НОС
«Великим молчуном», «железным человеком», «электричкой» – как только не называли Виктора в сборной. Он был там всеобщим любимцем, единственным человеком, который никогда не участвовал ни в каких группировках, никого не подсиживал и не выпрашивал для себя ничего.

Анатолий Тарасов выделял его среди остальных, закрывая глаза на слабость железнодорожника к алкоголю. Но однажды сам Анатолий Владимирович Якушеву подобного не простил…

В Стокгольме, на банкете по окончании чемпионата мира 1963 года, завершившегося победой сборной СССР, Якушев, достигший нужной кондиции, подошел к Тарасову и, ни слова не говоря, ущипнул его за нос...

У гуру советского хоккея глаза на лоб полезли в прямом и переносном смысле.

На следующий год в составе сборной, приступившей к подготовке к Олимпийским играм в Инсбруке, Виктора Якушева уже не было. Вплоть до заключительного сбора в Алуште. Но накануне вылета в Австрию неожиданно случился приступ аппендицита у Владимира Юрзинова, центрового в тройке с Леонидом Волковым и Анатолием Фирсовым. Возник вопрос: кем его заменить – Дроздовым из ЦСКА или Якушевым из «Локомотива»? Ответить руководство Федерации хоккея СССР предложило старшим тренерам команд высшей лиги. Против Якушева проголосовал лишь один…

Но Тарасов нашел способ «оставить с носом» оказавшегося в опале любимчика. Тот в Инсбруке отыграл так, что у организаторов олимпийского хоккейного турнира не возникло ни тени сомнений насчет того, кто является лучшим нападающим соревнований: конечно же Якушев, забросивший 9 шайб в 8 играх! Но Анатолий Владимирович уговорил директорат не вручать приз лауреату, а просто отдать его команде, которая, мол, сама разберется. В результате лучшим нападающим стал… защитник Эдуард Иванов.